Глава 2: Гнев титана и крах гордыни

Тишина, опустившаяся на больничную палату, была настолько плотной, что казалось, будто можно услышать, как капает физраствор. Алистер Сандерс — самый могущественный человек в городе, финансовый титан и миллиардер, которого все панически боялись — стоял у моей кровати, устремив на моих родителей темный, устрашающий взгляд.

Мой отец Ричард, обычно такой гордый и самоуверенный в залах заседаний совета директоров, дрожал как осиновый лист. Его челюсть отпала, а глаза лихорадочно бегали между лицом Алистера и маленьким Кирком, прижатым к моей груди.

– А-Алистер… – заикнулся отец, покрываясь холодным потом, несмотря на прохладный кондиционер. – Это… это ужасное недоразумение. Мы не знали, что… что вы…

– Что я кто? – перебил его Алистер ледяным голосом, от которого мои родители отшатнулись назад. – Отец ее ребенка? Или, может быть, вы просто не знали, что говорите о моей семье?

Моя мать Элеонора побледнела как полотенце. Ее руки, всё еще сжимавшие толстую папку с документами о передаче моих 12% акций, задрожали так сильно, что бумаги выскользнули из пальцев и с громким шелестом рассыпались по кафельному полу.

– В-вы… вы отец…? – прошептала мать в ужасе, наконец осознавая всю глубину их бесконечной глупости.

– Именно так, – ответил Алистер, выпрямляя свою высокую фигуру и поправляя манжеты темного пальто с холодной элегантностью. – И отвечая на ваш деликатный вопрос: нет, мой сын не бастард. Он законный наследник состояния Сандерсов… и по совместительству будущий хозяин всего того, от чего вы пытались его избавиться.

Главный врач больницы, скромно стоявший в тени за спинами адвокатов, почтительно шагнул вперед.
– Господин Сандерс,
формальности по регистрации ребенка готовы. И, как вы и приказали, все VIP-крыло этого заведения находится под эксклюзивной охраной вашей службы безопасности.

– Спасибо, доктор, – коротко бросил Алистер, не глядя на него.

Затем он повернулся к двум выдающимся адвокатам, которых привел с собой — мастерам Вэнсу и Стерлингу, зубастым акулам бизнеса, специализирующимся на враждебных поглощениях и уничтожении корпораций.

– Мастер Вэнс, поднимите те бумаги с пола, пожалуйста, – спокойно приказал Алистер. – Те, что эти добрые люди принесли, чтобы вымогать доли у моей жены.

Адвокат поспешно собрал разбросанные листы и протянул их Алистеру. Тот бегло просмотрел их, и на его губах заиграла циничная улыбка.

– О, я вижу, – прошептал Алистер, поднимая глаза на моих родителей. – Вы хотели получить еще 12% семейного бизнеса в обмен на достоинство собственной дочери? Увлекательно. А знаете ли вы, Ричард, что на прошлой неделе ваше логистическое подразделение накопило долг почти в пятнадцать миллионов долларов перед складами холдинга Сандерса?

Лицо отца побагровело.
– Э-это ложь!
Наши контракты с холдингом железобетонны!

– Были, – поправил его Алистер безжалостным тоном. – Еще десять минут назад. Мастер Стерлинг, немедленно отправьте уведомление о расторжении всех наших контрактов с компаниями семьи Вэнс. И активируйте пункт о досрочном взыскании всех их банковских кредитов, обеспеченных нашими фондами.

Отец издал сдавленный хрип, вцепившись в спинку больничной койки, чтобы не рухнуть.
– Нет!
Алистер, вы не можете так поступить! Это уничтожит нас! Мы строили эту компанию тридцать лет!

– Тридцать лет? – усмехнулся Алистер, чьи глаза сожгли всю уверенность моего отца в пепел. – Вы потратили тридцать лет на ее строительство. Мне потребуется ровно тридцать минут, чтобы стереть ее в порошок и выкупить ваши активы с аукциона за бесценок. Такова цена за оскорбление моей жены и угрозы моему сыну.

Элеонора, полностью потеряв контроль над нервами, бросилась вперед, заливаясь слезами.
– Клара!
– взмолилась мать, поворачиваясь ко мне и заламывая руки в жалком жесте. – Скажи ему! Скажи своему мужу остановиться! Мы же твоя семья! Мы одной крови!

Я посмотрела на нее — сухими глазами, с удивительно легким сердцем.
– Моя семья?
– произнесла я спокойным голосом. – Час назад вы утверждали, что я больше не годна представлять эту семью, а мой сын — «ребенок без отца». Вы получили то, чего хотели: я больше не принадлежу к вашему клану. А теперь пожинайте плоды.

Алистер подошел ко мне, нежно поцеловал в макушку, а затем положил защищающую руку на маленького Кирка, мирно спавшего на моих руках.

– Вон отсюда, – холодно бросил Алистер моим родителям, даже не удостаивая их взглядом. – Если вы останетесь здесь хоть на секунду дольше, я расценю это как незаконное проникновение, и моя охрана сбросит вас со второй попытки прямо из окна.

Родители спорить не стали. Теряя сознание от страха, унижения и разорения, они попятились к выходу. Отец попытался сказать что-то еще, но голос изменил ему. Они выбежали из палаты в панике, за ними последовали адвокаты, только что подписавшие смертный приговор их бизнесу.

Дверь закрылась. В палате воцарился покой.

Алистер присел на край моей кровати, взял мою руку в свою и прижался губами к костяшкам пальцев. Теплая, любящая улыбка озарила его суровые черты.

– Ты прекрасно справилась со своей ролью, моя любовь, – прошептал он.

– Я училась у лучших, – улыбнулась я, поглаживая крошечную щечку сына.

Три недели спустя компания моих родителей обанкротилась, перейдя за бесценок холдингу Сандерса. Родителям пришлось продать свое огромное поместье, чтобы покрыть остатки долгов, и переехать в скромный пригород.

Что же касается меня, я обосновалась в роскошном поместье Алистера, окруженная любовью, безопасностью и сияющим будущим нашего сына Кирка. Буря миновала, и впервые в жизни я знала, что абсолютно неприкосновенна.

Leave a Reply