Глава 2: Возмездие времени и сила новой жизни

Слова застряли в горле Трента. Его глаза, еще мгновение назад полные спеси и самодовольства, судорожно бегали по лицу моей маленькой девочки Лили, а затем возвращались ко мне, отчаянно пытаясь найти хоть какое-то математическое объяснение происходящему.

Пять лет.

Для Трента арифметика была простой: наш развод состоялся пять лет назад. Лили было шесть.

На долю секунды я увидела, как тень паники охватила его самоуверенность. Он открыл рот, закрыл его, не в силах вымолвить ни слова. Коринн же вцепилась пальцами в лацкан его смокинга, ее застывшая улыбка испарилась, сменившись выражением чистого шока.

– С-Сиенна… – заикаясь, выдавил Трент, и в его голосе не осталось ни капли былой бравады. – Это… чьи это дети? Кто это?

Я медленно выпрямилась, прижимая Лили к бедру и аккуратно поправляя кружева на ее праздничном желтом платье. Мне больше не нужно было оправдываться или бояться его мнения.

– Это моя дочь, Трент, – ответила я совершенно спокойным, чистым и размеренным голосом. – Я думала, это очевидно.

– Но… но как?! – взвизгнул он, лицо его стало мертвенно-бледным. – Ей же шесть лет! Мы развелись пять лет назад! Как такое может…

– О, у тебя всегда были проблемы с подсчетом дат, не так ли? – ядовито улыбнулась я. – Возможно, именно поэтому ты никогда не замечал, что пока ты проводил свои «запоздалые рабочие совещания» и «семинарские выходные» с Коринн в ее квартире в центре города, я не была такой слепой, как ты думал.

Лицо Коринн из нежно-розового превратилось в цвет мела. Она шагнула назад, словно ее только что ударили по лицу.

– Ты… ты знала?! – прошептала она сорванным голосом.

– Конечно, знала, Коринн, – глядя ей прямо в глаза, произнесла я. – Я знала о вашей связи задолго до того, как у вас хватило убогой смелости бросить это мне в лицо. Именно поэтому я подписала бумаги о разводе без единого сожаления. Я никогда не собиралась проливать ни слезинки по мужчине, который не стоил даже моего молчания.

Трент затрясся. Гнев начал смешиваться с паникой в его глазах.
– Если ей шесть…
она от меня! – повысил он голос, забыв, что они находятся посреди элитного свадебного приема. – Это моя кровь! Ты скрывала ее от меня всё это время?!

Глубокий, раскатистый и уверенный мужской смех раздался прямо у меня за спиной.

– Нет, Трент. Она не от тебя, – прозвучал низкий, теплый и властный голос, от которого воздух вокруг нас словно сгустился.

Трент вздрогнул и поднял глаза поверх моего плеча.

К нам направлялся Маркус Стерлинг.

Он был в сшитом на заказ черном смокинге, подчеркивающем его высокую статную фигуру, а темные волосы были чуть растрепаны вечерним бризом. Он излучал ту естественную уверенность и абсолютный успех, к которым Трент всю жизнь безуспешно стремился.

Маркус остановился рядом со мной. Он опустил теплую, защищающую руку мне на пояс, а затем ласково посмотрел на Лили, которая радостно улыбнулась ему и потянула за палец.

– Привет, папа! – звонко прощебетала девочка.

Маркус улыбнулся той светлой улыбкой, которая предназначалась только нам двоим, прежде чем перевести ледяной взгляд на Трента и Коринн.

– Давай я освежу твою память, Олбрайт, – спокойно, но с железной твердостью произнес Маркус. – Сиенна ушла из твоей жизни пять лет назад, да. Но мы были вместе задолго до того, как у тебя хватило наглости предать ее с этой женщиной. Лили — моя дочь по зову сердца, я единственный отец, которого она знала, и единственный, которого она когда-либо заслуживает.

Мир Трента рухнул за одно мгновение.

Мало того, что он не был отцом чудесной девочки, так еще и мужчиной рядом со мной оказался никто иной, как Маркус Стерлинг — грозный генеральный директор Sterling Global, один из самых влиятельных инвесторов и магнатов недвижимости в стране, перед которым Трент годами унижался на деловых банкетах, мечтая добиться хотя бы пятиминутной встречи.

– М-Маркус Стерлинг…?! – заикаясь, выдохнул Трент, едва держась на ватных ногах и осознавая всю глубину своего унижения. – Вы… вы вместе?

– Мы женаты уже четыре года, Олбрайт, – с олимпийским спокойствием ответил Маркус. – И отвечая на твою фразу о том, что уход от Сиенны был лучшим решением… знаешь что? Ты абсолютно прав. Потому что если бы ты ее не бросил, она бы никогда не освободилась для того, чтобы стать моей женой. Так что за это… пожалуй, мы должны сказать тебе спасибо.

Толпа гостей, затаив дыхание наблюдавшая за сценкой, дружно прыснула со смеху.

Коринн, залившись краской стыда и едва сдерживая слезы, выдернула руку из локтя Трента и бросилась к выходу, отстукивая каблуками по мрамору. Трент остался стоять один — жалкий, в дорогом костюме, с пустым взглядом, наконец-то осознав, что трофей, которым он так гордился, оказался миражом, а женщина, которую он предал, принадлежала к миру, куда ему заказан вход.

Маркус опустил глаза на меня, и его темные глаза сияли бесконечной нежностью.
– Ты не хочешь выпить,
моя родная? Пойдем в гостиную?

– С огромным удовольствием, – улыбнулась я, переплетая свои пальцы с его ладонью.

Мы прошли через бальный зал под восхищенные взгляды всех родственников, оставляя Трента в обломках его собственного тщеславия. Жизнь расставила всё по своим местам. А прошлое стало лишь тусклой, далекой тенью.

Leave a Reply